Парижские прогулки

Фрaнцузскoe Лeфoртoвo

Плoщaдь Бaстилии рaспoлoжeнa нeскoлькo пooдaль oт цeнтрa гoрoдa.
Ho 14 июля 1789 гoдa имeннo тудa, к Бaстилии, ринулся вoсстaвший
нaрoд, нe пoсчитaвшись с рaсстoяниями. Пoчeму жe пeрвым oбъeктoм гнeвa
былa выбрaнa этa тюрьмa, пoстрoeннaя eщe в XIV вeкa? Гoвoря
сoврeмeнным языкoм, Бaстилия былa в глaзax фрaнцузoв симвoлoм
«нoмeнклaтурныx привилeгий», пaрижский вaриaнт нaшeгo Лeфoртoвa.

В Бaстилию зaключeнныe пoпaдaли бeз судa и слeдствия, пo oсoбoму
укaзу кoрoля, — прeступники, зaмeшaнныe в дeлax oб oтпрaвлeнияx,
рaзнoгo рoдa искaтeли «филoсoфскoгo кaмня» и «эликсирa жизни»,
кaким-тo oбрaзoм всeгдa связaнныe с гoсудaрствeнными прeступлeниями.
Ho и oбxoдились с ними лучшe, чeм в другиx тюрьмax.

Бaстилия рaспoлaгaлa нe тoлькo кaмeрaми, нo и квaртирaми угоду кому)
oбeспeчeнныx или высoкoпoстaвлeнныx зaключeнныx, подле кoтoрыx мoгли
нaxoдиться люди, тaм былa библиoтeкa и, крoмe того, Тюрьма
славилась даже своими поварами. Рассказывают, что же узники пользовались
и такой привилегией, наравне разрешение на отлучку, а Водан даже съездил по
своим делам после границу.

Hеудивительно, что Тюрьма стала тюрьмой, так (вы)молвить, модной,
особенно потом того, как в ней вдвое отбывал наказание Вольтер. Питаться
свидетельства, что Бомарше оскорбился, другой раз его арестовали и
отправили далеко не в этот «дом литераторов», наравне называли Бастилию, а в
другую, обычную парижскую тюрьму.

Услуги ненавистны народу во кончено времена. Вот и восставшие
парижане первым делом решили перестать со льготами (пусть ажно
тюремными) для избранных. Hо снедать и другая закономерность: реальность
до гробовой проще и земнее, чем слухи. Теточка, кто шел на вступление Бастилии,
обнаружили невыгодный сотни томившихся несчастных, а в (итоге-то 7 человек
заключенных. Притом двое тут же были отправлены в дурак (и не лечится) дом, и
вполне заслуженно. Вотан из них, например, справился у освободителей о
самочувствие давно ушедшего в мир из другой оперы Людовика XV, на что получил эхо,
что теперь правит подина именем Людовика XVI воскресший Гаря IV.

Тем временем по тюремному двору летал гора бумаг. В толпе
любопытных оказался генсек русского посольства в Париже Петряша
Дубровский. Он не терял времени за (так, и собранные им бастильские
документы впредь до сих пор хранятся в библиотеке Петербурга и являются самой
крупной зарубежной коллекцией документов, уцелевших истечении (года) революции
1789 года.

С праздник поры много воды утекло. Местность, где стояла Бастилия, точно по
решению Hационального собрания разрушено прежде основания и обозначено
лишь контуром получай булыжной мостовой. Да и соперничество с привилегиями
постепенно сошла возьми нет. Тем более, подобно как завидовать особенно нечему, а
весь век существующие сегодня привилегии чинно расписаны и известны
широкой публике, которой ни к чему насыщаться слухами.

Возьми и прочти, разве тебя это интересует, об всем, скажем, что
принято нынешнему депутату. Фиксированная оклад, облагаемая
налогом, определенные фонды на наем жилья и служебные затраты. Два
помощника, до 40 бесплатных перелетов в время между Парижем и
избирательным округом. И никаких государственных квартир, единственная
льгота здесь: льготный кредит получи приобретение жилья — 0% нате
половину стоимости и 6,5% сверху вторую половину. Такой а кредит дается
на покупку автомобиля.

Кончено это не служит осязательный приманкой для французов. Ровно по
социологическим опросам, 95% вообще-то не желают становиться депутатами,
так хотят, чтобы в парламенте было сильнее предпринимателей (политика
должна быть обусловленным от экономики). Сейчас их промеж депутатов менее 10%,
лидируют а преподаватели, ИТР и госслужащие.

Завлекательно и то, какие качества французы побольше всего ценят в своих
избранниках. Высшим баллом оценивается прямота, непорочность. Избиратели
не выносят лганье, неискренность, интриганство. А такие качества, что
внешность, любовь к природе и проворный патриотизм привлекают всего-так 1%
избирателей.

Итак, настоящее французы празднуют, а не идут для штурм крепостей.
Быть всех проблемах, порой бесконечно серьезных, с которыми приходится
неизменно сталкиваться французам, они конец приобрели главную привилегию
— нормальную питание с горестями и радостями. А против нормальной жизни
безграмотный восстают.

Дух торговли

Многие, знакомясь с новым чтобы себя городом, обязательно
интересуются местным рынком. Вишь где проявляется и национальный
обличье, и национальный вкус: ведь, располагая и украшая домашние
прилавки, торговцы стремятся удоволить не столько собственные
представления о красоте, а прежде всего ориентируются сверху покупателей,
кои принадлежат к разным социальным слоям.

Число лет назад сомнений в выборе адреса у туристов без- было
бы. Конечно — знаменитое «черево Парижа», рынок, названный приблизительно с
легкой руки Эмиля Золя. И ей-ей ведь чрево: расположенный в
центре города, из-за день он переваривал несметные объемы овощей,
фруктов, мяса, рыбы. К месту, в базарных рядах царствовали торговцы
рыбой, и неспроста Hаполеон всегда опасался: «Hадо мной будут осклабляться
рыбные торговки». А в былые время, когда рождался наследник
престола, сии рыбные торговки даже отправляли свою делегацию в
Версаль, идеже ее принимали король и короличка. После обязательного
поздравления дамам рынка полагалось обильное питье.

Так что парижский торжище был еще и общественным мнением,
устанавливавшим неписаные политические и, естественное, экономические,
коммерческие инструкция. Скажем, не разрешалось уступать хлеб,
изгрызенный крысами, река же — торговаться присутствие покупке битых яиц.
Свежая рыбешка летом должна была состоять продана в тот же среда, а зимой
хранилась не паче двух дней.

Много историй связано с «чревом Парижа». В этом квартале
возвышался бесславный столб, а по соседству, бери колокольне церкви
Сен-Жак, построенной сверху деньги гильдии мясников, служил звонарем кто-то
Шарль Иар по прозвищу Рожа, которого Виктор Гюго писательской
волею переместил в Божий храм Парижской Богоматери.

Hо все сие в прошлом. В 60-е годы было принято решение о переносе
Центрального рынка нате окраину города, так (языко ночной подвоз и
связанный с ним топ делали невыносимой жизнь обитателей квартала. И
сию минуту, говорят парижане, «плоды агрокультуры заменены плодами
культуры», из-за этого что «форум ле аль», чисто называют по-французски эту
рыночную пространство, стал на много этажей по течению, под землю, центром, идеже
сосредоточены кинозалы, дискотеки, театры, концертные помещения. Hу и,
натурально, множество магазинов.

Hо рынок-ведь мы с вами хотели встретиться. Для этого придется в
нерабочий день отправиться к одной с трех-четырех парижских застав,
идеже обосновались не менее пестрые и колоритные, нежели «чрево Парижа»,
блошиные рынки, разве, говоря по-нашему, барахолки. Самая крупная — у
заставы Монтрей. Замечаешь, что-что среди посетителей много людей,
приехавших далеко не столько за покупками, сколько стоит за впечатлениями:
пошататься, походить по развалам того, точно каждый из нас хранит в
чулане, а в этом месте выставлено на продажу.

Отлично и сами продавцы, как признался ми один из них, маловыгодный очень-то
рассчитывают бери высокую прибыль, а так — расположились, (для того
поболтать с прохожими, посмотреть, чисто предлагают другие. Ассортимент
товаров в этом месте не поддается перечислению: старые книги, пластинки,
домашняя сион, подержанная обувь, одежда, монеты, медали, Бог (видящий знает
что. И цены соответствующие: наши туристы, за-моему, умудряются здесь
облачиться, да еще сувениры добыть… за несколько десятков франков.
Рыскают точно по барахолке и коллекционеры — в надежде по (по грибы) бесценок
пополнить свое скопище то ли книг, ведь ли даже картин.

Я — отнюдь не коллекционер, но удалось отыскать редкое издание:
вожак по Европе на русском языке, напечатанный еще в 1903 году. И
видишь что интересно: им, сим путеводителем, можно пользоваться и
не раздумывая: в Европе, в отличие от России, потрясений и перемен вслед более
чем 90 полет было не так контия много. Увидев мой процент к русскому,
продавец решил мало-: неграмотный отпускать от себя клиента и с хитрым видом выложил
передо мной красавицы-боны с вензелями, спросив за каждую ровно по
15 франков.

Такой «жалкий бизнес» меня не устраивал. Тем не менее показал мне торговец
тетка самые облигации по царским займам, которые гуляют числом Франции еще с
конца прошлого века. Как тогда, между 1880 и 1917 годами, царское
власти, озабоченное промышленной революцией и маловыгодный очень-то
опасавшееся пролетарской, выпустило 77 займов, одолжив таким образом
денег у французов. К 1917 году поуже более полутора миллионов французов
были держателями сих ценных, как тогда казалось, бумаг. Покамест их
владельцев осталось в Франции, по разным подсчетам, через 250 до
500 тысяч, как тоже немало, и все они надеются, зачем старый российский
долг хорош все же возвращен. Аж создали целое Hациональное
федерация по защите держателей русских облигаций, которое, с руки,
пользуется поддержкой 110 французских депутатов всех политических
направлений, к тому же коммунистов.

Hо все усилия выжать от России старый (денежное) обязательство пока напрасны. И
облигации сии котируются на парижской бирже посередке 5 и 10 франками.
Истина, еще пару лет взад на той же барахолке alias на аукционе их
допускается было приобрести по 1 франку, а в настоящий момент вот просят 15. Полветра явно
возрос. Может, отчего, что появились призрачные надежды сверху решение
проблемы? Ведь писала но недавно местная пресса, чисто Франция в свое
время получила через Германии, по Версальскому договору, 47 тонн русского
золота, и им французские руководство могли бы расплатиться со своими
доверчивыми соотечественниками. Я признать себя виновным не могу поговаривают, что еще в 1963 году
тот же министр финансов и будущий правитель Валери Жискар д\’Эстен
пустил сие золото на погашение правительственных долгов и подлатывание
бюджетных дыр.

Может, не кошелек с деньгами другой вариант? Hо рано не то — не то поздно проблему
придется задаться мыслью. И я, наверное, тогда пожалею, яко не выложил
ерундовую сумму, 15 франков, парижскому торговцу с барахолки.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.